Ели черный хлеб в воде с маргарином

irina 06.11.2019 15:03
Ели черный хлеб в воде с маргариномПедагог Мария Иванова вспоминает первые послевоенные годы в Калининграде.

«Калининград без границ» начинает публикацию воспоминаний жителей Калининградской области о том, как восстанавливался край после военной разрухи, как проводили досуг наши бабушки и дедушки, как постепенно менялись города и села.

Приглашаем всех желающих поделиться запоминающимися моментами своей жизни в Калининграде и области в советский период. Наличие фотографий желательно. Связаться с корреспондентом «Калининград без границ» можно по тел. 8 952 792 5339. Эл.адрес: irina@freekaliningrad.ru

Калининградка Иванова Мария Наумовна родилась 7 апреля 1920 года.  О себе пишет в дневнике воспоминаний:

ШКОЛА

«В феврале 1950 году я стала работать в школе №16, где директором был Федюнин Николай Иванович. Учителя пользовались большим авторитетом, ученики ответственно относились к учебе.
Вспоминаю случай: прихожу домой поздно вечером, в квартире сидят мои ученики Юра Рассадкин, Валентин Болтнев, Алик Лукашов. Спрашиваю: «Что случилось, ребята?»
Отвечает Юра: «Мы зарезали свинью, мама сказала, чтобы я отнес вам мяса, а то вы все время на работе и вам некогда. Мы решили нажарить вам картошки».
Было начало зимы, выпал первый снег. У Алика Лукашова отец-отчим, семья плохо жила. Мальчик пришел ко мне легко одетым (старенький пиджак, рукава короткие). Я дала ему дочкин свитер, он одел, доволен. Сели есть картошку.
Я часто собирала ребят у себя, готовила им скромное угощение».
«Мы с учащимися принимали участие в расчистке улиц, собирали макулатуру, металлолом, кирпич. У школы №37 посадили аллею тополей, на острове, где находится могила Канта, высадили саженцы различных деревьев.
Мы, учителя, не наблюдали, а работали вместе с детьми. Однажды даже сделал мне замечание ученик, Слава Гусев: «Что вы, Мария Наумовна, как девчонка, собираете кирпич, вы только должны наблюдать за нами».
Что приятно – многие ребята писали мне письма, как у них устроилась жизнь. И сейчас звонят, поздравляют с праздниками, навещают меня».

ЛАГЕРЬ

«Большое внимание уделялось отдыху детей в пионерских лагерях. Я проработала в областном пионерском лагере в Зеленоградске (ул.Володарского, 20) в 1952 году воспитателем, с 1953 по 1962 годы - начальником лагеря.
В лагере работали учителя, матери, воспитывающие и обеспечивающие свои семьи самостоятельно, без отцов, которые погибли во время войны или после.
Зарплата учителей была небольшая, отпускные шли на самое насущное. В лагере воспитатели, вожатые получали по 400 рублей в месяц (старыми). Бывали случаи, когда из этих денег надо было покрыть потери лагерного имущества, которое портили пионеры.
Здание лагеря было старое, на берегу моря, туалет во дворе. Часто выдавалось прохладное лето. Тогда на ночь по палатам ставили тазики. Чтобы дети не мерзли, окна, выходящие на море, закрывали матрацами. Палаты были расчитаны на 10 детей.
Некоторые дети находились в лагере по нескольку смен и повторялось это каждый год.
Мероприятий было много. Как-то в очередной раз поехали в колхоз помогать в прополке овощей. Разбились на звенья, определили план прополки свеклы. Я стала впереди. Мы пропололи большой участок качественно. Мне председатель колхоза выдал за это 700 рублей (старыми). С председателем дружины и членами Совета мы отправились на рынок, купили ягод, фруктов. Дети были довольны.
Проводили походы в три группы. Группа старших уходила на три дня, средних – на два дня, а малыши – на день. Возвращавшихся с похода встречали всем лагерем, пекли пироги. После похода проводилось собрание, на котором разбирались походы, ставилась оценка.
На утренней и вечерней линейках шла сдача рапортов председателей, отрядов.
Строго относились к санитарному состоянию палат. Кровати заправляли конвертом, подушки ставили углом, обувь – у крайней спинки кровати, в тумбочке – ничего лишнего.
Дважды в смену водили детей в баню. Со старшими мальчиками шел мужчина – воспитатель. С девочками – вожатые-женщины. С малышами шла я сама. Входила в купальном костюме, дети - в трусиках, мыла каждого».
«Помню свою первую смену в лагере. Подходит ко мне председатель отряда Валера Усольцев. Говорит: «Давайте приятно удивим ребят. Достанем сеть, наловим на озере рыбы к ужину. Только сделаем все тайно». Во время дневного сна крадучись пошли на озеро (снасть дала наша работница Таня). В итоге рыбы мы не наловили. Я успокоила ребят (с Валериком были еще два мальчика), что наловим, когда пойдем в поход в Рыбачий. И, действительно, из похода они принесли угрей и даже красной рыбы. Конечно, им помогли ловить местные рыбаки».
«Был у нас в отряде пионер Толя – трудный, нервный, обидчивый мальчик. Но на вторую смену вновь попросился в мой отряд. Однажды вечером мы сели отрядом на берегу моря, и я предложила ребятам помечтать. Но вдруг Толя встал передо мной и попросил что-нибудь рассказать. Напротив нас лежал футбольный мяч. Другой мальчик, Саша, сказал: «Толька, отстань!» и бросил в мяч булыжник. Отскочивший камень ударил мне в лицо, выбил передний зуб. Остался маленький корешок. Но что делать? Наказывать? Все произошло не злонамеренно. Последующие дни Толя и Саша сопровождали меня к зубному технику и успокоились только тогда, когда во рту у меня заблестел металлический зуб».
«С питанием в лагере было сложно. Тяжелыми месяцами являлись июнь-июль. Старые запасы иссякают, а новые овощи еще не выросли. Нам завозили старый картофель, капусту. Возни с этим было много, надо было перебирать гнилые овощи. Но с нами работали хорошие повара Ольга Троц и Елена Якимова, они очень вкусно готовили, пытались разнообразить блюда».
«Выходили в июле в лес с ребятами, собирали щавель, чернику. Из них на кухне варили суп, пекли пирожки, варили кисель».
«В первые же дни, после приезда детей, проводили конкурсы художественной самодеятельности, игры, танцы, спортивные соревнования.
Любили дети военноспортивную игру. Предварительно разбивали их на две армии. Каждый имел знаки отличия, на левом плече погон цвета его армии. Пришивали погон легко, чтобы нетрудно было сорвать. Выбирали командиров, разведчиков, связистов, санитаров. Тянули жребий – кто будет наступающей армией, кто обороняющейся. Задача наступающей армии – найти флаг. Из строя выходит тот, кто потерял погон».
«Любое дело начиналось со звука горна. Так и в море купались. Купали по отрядам: девочки отдельно, мальчики отдельно. Входили и выходили из воды по горну. Не надо было надрываться и тащить из воды купающихся. Пляж был широкий, много солнца, тепла».
«Телевизоров тогда не было, я часто рассказывала ребятам шпионские истории. Однажды мне сообщили, что пропали двое мальчиков. Ребята из отряда нам признались, что те пошли преследовать шпионов. К счастью, ребята сами вернулись в лагерь. Оказывается, и правда следили за «шпионом»: просмотрели папиросные окурки (с надписью на иностранном языке), стерегли у туалетов, ходили за ним по всему городу, а вот сесть за ним в поезд не решились».

О СЕБЕ

«Дом, в котором я жила с дочкой, поставили на ремонт. Я переехала в другой, но условия там были еще хуже. Печи не было. Мы с дочкой замерзали зимой, спали одетыми. Об этом узнал председатель райисполкома, он меня вызвал и вместе со мной пошел к директору завода «Опытный». Так я переехала на новое место. Здесь был туалет, вода, плита на кухне и обогреватель в комнате.
Как-то у меня спросил один человек: «Вы много работали, что же коммунисты не дали вам хорошую квартиру?». Ответила: «Я не просила». Так и теперь живу в этом старом немецком доме».

ДЕПУТАТСТВО

«В течение многих лет избиралась депутатом местных Советов. Была членом двух городских комиссий. С помощью комиссии «Связь» через Верховный Совет страны мы добились для города выделения нескольких автобусов; строительства средней школы 16. Вернее, достроили верхние этажи, отремонтировали нижние.
В 1962 году школа 16 реорганизовалась. На базе её появилась школа 12. Я была переназначена туда завучем. Трудно было, ютились в нескольких классах школы 16, расположились в небольшом помещении на ул. Б.Хмельницкого, теперь там мастерская по вязке вещей. Работали в три смены, но не падали духом. В 1964 году было готово здание новой школы, но я туда не пошла работать».

Из воспоминаний дочери, Попович Элеоноры Сергеевны:

«Из еды, помню, был черный хлеб, который мама разводила горячей водой, клала туда ложку маргарина. И так питались. Это был год 1949-й».
«Мы детьми очень часто играли у Кафедрального собора. Крыши там не было, а внутри все отлично сохранилось. Вдоль стен внутри собора располагались красивые захоронения, сейчас их уже нет. Могила Канта была открыта, мы даже плиту сдвигали и видели скелет. Чей – не известно».
«Мы жили одно время в полуразрушенном доме на просп.Калинина. Мне тогда 8 лет было. За водой с ведрами ходила к колонке на ул. Б.Хмельницкого, за картошкой с санками – на Центральный рынок. В мои обязанности также входило до блеска натирать лестницу в подъезде, а она была деревянная. Кроме того, топила печь. Это была старая немецкая печь, очень теплая. Я ходила на разрушенный тогда Южный вокзал за деревяшками для растопки. В подвале нашего разрушенного дома также торчали огромные бревна, приходилось от них отщипывать щепу, как могла».
«Мама целый день на заводе «Янтарь», уходила на работу в 5 утра, возвращалась в 22 вечера. Тогда транспорт не ходил, пешком рабочие на завод добирались».
«На выходных взрослые принимали участие в жизни детворы. Всем двором играли с детьми в лапту, помогали переселенцам. Когда нам дали другую квартиру, там не было окон и дверей, так соседи помогли все это вставить. Кто-то кормил детишек».
«Смутно помню, как одна бабушка, которая торговала яблоками на рынке, пригласила нас пожить в ее доме. Потому что отец ушел в море (он был капитаном военного судна), а у нас была такая холодина в квартире, что невозможно жить. И вот мы какое-то время жили у этой бабушки, она нас кормила».
«Зимы были морозными. В Зеленоградске на море плавали льдины, похожие на айсберги. Одну такую мой папа сфотографировал».


Просмотров:1360

Комментарии